Королев Павел Евгеньевич, магистрант МГЮА
125933, г. Москва, Садовая-Кудринская ул., д. 9
Pavel E. Korolev, Master’s Student
Moscow
В статье при помощи логической и системно-структурной, функциональной и кибернетической, сравнительно-правовой и догматической методологии исследуется проблематика административного-правового статуса Банка России как мегарегулятора финансовых рынков. На сегодняшний день российская общественность часто встречается с критикой, поступающей в адрес кредитора последней инстанции в связи с проводимой им контрольно-надзорной политикой, якобы идущей вразрез действительным экономическим требованиям нашей державы. В свою же очередь, автор стремится дать собственную оценку юридического регулирования совокупности контрольно-надзорных полномочий Банка России, начиная анализ с изучения теоретических положений научных работ в области административного и финансового права, а также исследования терминологии специального банковского законодательства. Так с точки зрения последнего, мегарегулятор представляется «иным органом публичной власти» и юридическим лицом, а также органом банковского регулирования и банковского надзора. Исходя из имеющихся позиций юридической доктрины, Банк России есть особенный публично-правовой институт, инструментарий единой денежно-кредитной политики государства, юридическое лицо публичного права или же организация, наделенная в общественных целях законом государственными и иными публичными полномочиями. Осуществляя теоретическое разграничение административно-правовых категорий контроля и надзора, автор комментирует императивно установленные цели деятельности Банка России и стремится дать классификацию его полномочий и функций. Делается вывод, что грамотная политика по контролю и надзору за финансовым рынком, отвечающая текущим хозяйственным потребностям и нормативно закрепленным целям деятельности, служит сферой заинтересованности главного банка первого уровня, наделенного организаторским, нормотворческим и правозащитным функционалом.
The paper elucidates the issues related to the administrative and legal status of the Bank of Russia as a mega-regulator of financial markets using logical and systemic-structural, functional and cybernetic, comparative-legal, and dogmatic methodologies. Currently, Russian society frequently encounters criticism directed at the creditor of last resort due to its control and supervisory policies, which are allegedly at odds with the actual economic needs of the State. In turn, the author aims to provide his own assessment of the legal regulation of the Bank of Russia’s control and supervisory powers, beginning the analysis with a study of the theoretical provisions from scientific works in the field of administrative and financial law, as well as an examination of the terminology of specific banking legislation. In the context of the latter, the mega-regulator is viewed as «another body of public authority» and a legal entity, as well as an organ of banking regulation and supervision. Based on existing doctrinal standings, the Bank of Russia is a unique public-legal institution, a tool of the state’s unified monetary and credit policy, a legal entity of public law, or an organization endowed by law with state and other public powers for public purposes. Theoretically delineating the administrative-legal categories of control and supervision, the author explains the imperatively established goals of the Bank of Russia’s activities and seeks to classify its powers and functions. The paper concludes that a competent policy of control and supervision over the financial market that meets current economic needs and the legally enshrined objectives of activity, serves as an area of interest for the primary bank of the first level, endowed with organizational, regulatory, and protective functions.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.