Рашидова Асель Ибрагимовна, доцент кафедры гражданского права
191186, г. Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, д. 48
Asel I. Rashidova, Associate Professor, Department of Civil Law
St. Petersburg
Шубников Юрий Борисович, заведующий кафедрой гражданского права, доктор юридических наук, профессор
191186, г. Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, д. 48
Yuriy B. Shubnikov, Dr. Sci. (Law), Professor, Head of the Department of Civil Law
St. Petersburg
В статье осуществляется многоаспектный анализ правовой модели социального партнерства, рассматриваемой в качестве фундаментального института социального правового государства. Авторская позиция заключается в понимании данной модели как императивно-диспозитивной конструкции, в которой публично-правовое регулирование, гарантируемое государством, системно сочетается с частноправовой диспозитивностью, реализуемой через автономию воли социальных партнеров. В работе исследуется внутренняя архитектоника модели, включающая ее нормативно-доктринальные основания, закрепленные в Конституции РФ и трудовом законодательстве. Центральное внимание уделяется системному взаимодействию ключевых элементов: трипартичного субъектного состава (с троякой ролью государства как гаранта, арбитра и работодателя), иерархически организованных уровней осуществления (федеральный, межрегиональный, региональный, отраслевой, территориальный, локальный) и правовых форм диалога, среди которых доминирующее значение имеет коллективно-договорное регулирование. Выявляются и анализируются системные дисфункции модели, такие как формализация переговорных процедур, ограниченная эффективность санкционных механизмов, распространение практик «псевдопартнерства», а также фрагментарность охвата малого и среднего бизнеса. В сравнительно-правовом ключе проводится дифференциация российской модели от германской (с ее приматом отраслевого тарифа) и англосаксонской (опирающейся на децентрализованный бипартизм и силовое давление). В заключение обосновывается стратегический вектор конституционализации социального партнерства, который предполагает не ревизию, а качественную эволюцию института через обеспечение прямого действия конституционных принципов, имплементацию стандартов социальной ответственности в национальное законодательство и формирование подлинной правовой культуры социального диалога как условия устойчивого развития и социального мира в рамках достижения национальных целей развития Российской Федерации.
The paper offers a multidimensional analysis of the legal model of social partnership, viewed as a fundamental institution of the social rule-of-law state. The author understands as an imperative-dispositive construct in which public-law regulation guaranteed by the state is systematically combined with private-law dispositivity realized through the autonomy of will of the social partners. The study examines in detail the internal architecture of this model, including its normative and doctrinal foundations as enshrined in the Constitution of the Russian Federation and labor legislation. Particular attention is paid to the systemic interaction of its key elements: the tripartite structure of subjects, with the state performing a threefold role as guarantor, arbitrator, and employer; the hierarchically organized levels of implementation, including the federal, interregional, regional, sectoral, territorial, and local levels; and the legal forms of dialogue, among which collective bargaining regulation occupies the dominant place. The paper identifies and analyzes systemic dysfunctions of the model, such as the formalization of negotiation procedures, the limited effectiveness of sanctioning mechanisms, the spread of practices of «pseudo-partnership», and the fragmented inclusion of small and medium-sized businesses. In a comparative legal perspective, the Russian model is differentiated from the German model, with its primacy of sectoral tariff agreements, and from the Anglo-Saxon model, which relies on decentralized bipartism and pressure-based methods. In conclusion, the author substantiates a strategic vector for the constitutionalization of social partnership, which presupposes not a revision but a qualitative evolution of the institution through ensuring the direct effect of constitutional principles, implementing standards of social responsibility in national legislation, and fostering a genuine legal culture of social dialogue as a condition for sustainable development and social peace within the framework of achieving the national development goals of the Russian Federation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.