Алексеева Татьяна Анатольевна, профессор кафедры теории и истории права и государства, доктор юридических наук, доцент
199178, г. Санкт-Петербург, Средний пр. В. О., д. 57/43
Tatyana A. Alekseeva, Dr. Si. (Law), Associate Professor; Full Professor, профессор Department of Theory and History of Law and State
St. Petersburg
Статья посвящена «нации» и «императору» — ключевым понятиям первой Конституции Бразилии 1824 г. Они отражали самобытность введенного понятийного аппарата, принципов и назначения учреждаемых институтов, основанных на различных зарубежных источниках, исторических и современных, идейных и юридических. Выявлена степень заимствования норм римского публичного права, конституций Франции 1791 г., Испании 1812 г. и Португалии 1822 г., Конституционной хартии 1814 г., идей Констана при закреплении представления об императоре, а также положений конституций Франции 1791 и 1793 гг., Испании 1812 г. и Португалии 1822 г., вдохновивших бразильского учредителя при оформлении понятия нации. Особое внимание уделено историческому контексту, предопределившему значение рассматриваемых понятий, роли политической активности народа, совпадению интересов населения и части португальского королевского двора, не покинувшего Бразилию. Выявлены и проанализированы характерные черты понимания нации как народа — объединения бразильских граждан; ее соотношение с понятиями империи и императора; значение для определения титула императора, его обязанности быть защитником Бразилии, представителем и главой нации, а также обладания, наряду с исполнительной властью, сдерживающей властью, предназначенной обеспечивать гармоничное функционирование учрежденной системы органов Бразильской империи. Сделан вывод о том, что понятия нации и императора воплотили особенности Конституции, принятой в стране, нацеленной на признание независимости и создание собственной государственности, предвосхитили ее длительное действие и заимствование в ряде государств при разработке конституционного законодательства.
The paper is devoted to the «nation» and the «emperor», the key concepts of the first Constitution of Brazil of 1824. These concepts reflected the originality of the conceptual framework introduced by the Constitution, as well as the principles and purposes of the institutions it established, which were based on a variety of foreign source — historical and contemporary, ideological and legal. The study determines the extent to which the framers borrowed norms of Roman public law, the French Constitutions of 1791, the Spanish Constitution of 1812, the Portuguese Constitution of 1822, the Constitutional Charter of 1814, and the ideas of Benjamin Constant in shaping the conception of the emperor. It also identifies the provisions of the French Constitutions of 1791 and 1793, the Spanish Constitution of 1812, and the Portuguese Constitution of 1822 that inspired the Brazilian constituent power in formulating the concept of the nation. Particular attention is given to the historical context that predetermined the significance of these concepts, including the role of popular political activity and the convergence of interests between the population and that part of the Portuguese royal court that did not leave Brazil. The article identifies and analyzes the characteristic features of the understanding of the nation as the people — that is, the community of Brazilian citizens; its relationship to the concepts of empire and emperor; and its significance for determining the emperor’s title, his duty to be the protector of Brazil, the representative and Head of the Nation, and the holder, alongside executive power, of the moderating power intended to ensure the harmonious functioning of the institutional system of the Brazilian Empire. The author concludes that the concepts of the nation and the emperor embodied the distinctive features of the Constitution adopted in a country seeking recognition of its independence and the creation of its own statehood, and that they anticipated both its long period of operation and its influence on constitutional drafting in a number of other states.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.